РИ "Наследие"

Этой ночью отыграла кабинетку по мотивам Лавкрафта у pelegrinito и lomelindy.
Я ужасно рада, что мне повезло у них поиграть, и надеюсь, что не в последний раз.
На протяжении всей игры длиной в 7-8 часов абсолютно все игроки были при деле, все было чем заняться, что обсудить и во что-влипнуть. Мастера создали удивительную атмосферу. Играли мы в школе на Хавской, и из совершенно неантуражного помещения мастера ухитрились сделать готический особняк в духе Лавкрафта. Разбросанные по столам зловещие манускрипты, с обожженными страницами, книги по магии, картины с лавкрафтовскими чудовищами на стенах, фотографии кладбища с семейными склепами "за окном". И все это происходило в темноте, при свете ручных фонариков.
При этом не было ни громоздких правил, ни особого ОБВМа у персонажей, ни навороченных спецэффектов. Мастера не давили на психику, на простейшие реакции, не выскакивали из-за угла с криками. Было тихо и тревожно.
На меня сильное действие произвела сцена с обрядом, когда участники по одному вызывались в круг и их обвиняли в мнимых или реальных преступлениях, а остальные должны были их осудить. И это кровожадное, бессмысленное "осуждаю", когда иногда и осуждать-то нечего было, а иногда - можно было понять чисто по-человечески, вызывало почти физическое чувство брезгливости. Такой извращенный суд присяжных из 13 человек, заранее готовый вынести приговор, что бы ты не совершил.
Еще меня очень впечатлил на этой игре alestein. У него вышла прекрасная циничная и рассудочная скотина, и ему удалось убедить меня в том, что персонаж - мужик.
А _js_ спасибо за заботу на игре. Мне очень понравилось играть в такую иррациональную симпатию с первого взгляда, когда отношения на игре не развиваются стремительно, вопреки здравому смыслу, а потихоньку. И вроде ничего такого особенного, но создалось впечатление, что наши персонажи и дальше продолжат общаться. А дальше чем черт не шутит. :)
В общем, хорошо вышло. Отличная игра, лучшая для меня в этом сезоне. И прекрасное его завершение.

WK, фанфик "Не думай о ней"

Название: Не думай о ней
Фандом: WK
Пейринг: Кроуфорд/Шульдих
Рейтинг: PG
Жанр: преслэш, почти что джен. Романс в перспективе.
Саммари: О педагогических проколах, кадровой политике и очередной истории знакомства. 

Ахтунг, текст в процессе. 

Все начинается в тот момент, когда Брэд Кроуфорд – еще не оракул, а просто молодой человек с особыми способностями, весьма, впрочем, амбициозный, - переступает порог учебного центра Розенкройц и ему там не нравится.

Collapse )

Про девушку

Видела сегодня в метро девушку. Не так что бы очень молодую, а хорошо за тридцать. Ближе к сорока даже, если быть уж совсем честными. Но - девушку.
Черное платьице в мелкий цветочек, бусики, тоненькие кривые ножки в лаковых туфельках, и сама она такая тоненькая, трогательная и беззащитная. Мягкая, не закованная в броню лифчика с пушапом грудь, мягонький же живот. Взгляд только, суровый, волчий, и жестко поджатые тонкие губы подкачали. А так очень трогательная девушка.
Здесь, по идее, требуется какой-то поучительный вывод, но хрена лысого. Просто взгляд на барышне зацепился.

Про женщину с красной помадой

Вы никогда не замечали, что женщины с красной помадой могут быть разными?
Могут быть богинями, роковыми красотками из нуарных гангстерских фильмов, могут потасканными уличными шалавами. Случается с ними и такое.
Но красная помада на лице усталой женщины... сначала я хотела сказать, что она превращает женщину в потрепанную куклу, от которой только и ждешь, что сейчас она скажет накрашенным ротиком: ма-ма.
Но нет, красная помада на лице усталой женщины - это всегда маска. Простая и безыскусная венецианская маска. Та самая, что принимает сходство с лицом любой, что ее примерит. Она обезличивает, превращает в ничто. Был человек, а стал символ с красной знаменем на губах.
Ассоль с опустевшим взглядом.

Она больше не "сияет"

Виделась на днях с приятельницей. Встречаемся мы, как правило, нечасто, но всегда к обоюдному удовольствию.
В этот раз мне было грустно до тошноты.
Она больше не "сияет".
Нет, у нее все хорошо. Хорошая работа, хорошие друзья, даже настроение - и то хорошее. Она воодушевлена, красива, много смеется. Рассказывает с придыханием, немножко размахивает руками, но под роскошным оперением райской птицы теперь не бархатная кожа, а какая-то железобетонная смесь из упертости, жесткости и равнодушия. Цинизм нехороший появился. Хотя, может ли он в принципе быть хорошим, тот еще вопрос.
Исчезло то мягкое сияние летней ночи, наполненной шорохами и запахами - листвы, смородины, остывшего чая в чашке, на которое я всегда шла, как завороженная. Исчезло колдовство, и больше не хочется гладить ее по руке, смотреть в глаза и говорить, как она прекрасна.
Мы никогда не были близкими подругами, но изредка оказывалось, что остро нуждаемся друг в друге. И лишь разговор с ней мог помочь мне, когда было мучительно больно. А ей - со мной, я знаю это.
Ей здорово досталось в последний год. И бог знает, что именно ее подкосило, но теперь она не "сияет", и мне больно от этого. Я очень надеюсь, что со временем это пройдет.
Я люблю красивые вещи. Но живые люди мне нравятся больше.

(no subject)

У меня есть идиотская привычка. Каждый раз, читая дневники небезраличных мне людей, я обязательно ищу записи, сделанные в мой день рождения. Теперь к этому прибавились еще какие-то памятные даты. Но это уже не так существенно, а вот день рождения - это святое.
Вообще тем времени, дорог и перекрестков меня завораживает и приводит в состояние созерцательности. Особенно с людьми старше меня.
Представьте, они старше, они прожили уже год, два или целых одиннадцать, когда меня еще и в проекте не было.
Я грызу пустышку и выманиваю брата из манежа, а они уже решают уравнения в школе и дерутся на переменах.
Я сижу на продленке, у меня альбом для наклеек Сэйлор Мун, а они пьют водку, готовятся к сессии и планирую летний поход в Карелию. Я все еще точу карандаши на задней парте и пишу сочинения на уроках под Найтвиш, а они уже балуются с магией, играют в ролевые живут в Англии и сменили не одну работу, квартиру, жену и бесчистленное кол-во любовниц.
Они прожили бесчисленное число жизней, а я еще и родиться-то толком не успела. Это пугает.
Когда небезразличные люди младше (а это почему-то почти всегда именно так, и хоть об стенку разбейся), эффект примерно тот же, но с ним мне гораздо сложнее свыкнуться.
Вот, скажем, человек, с которым я делю матрас (спасибо, что не футон).
Он младше меня на семь месяцев. Тридцать недель. Двести одиннадцать дней.
Все это время я уже была, и даже не у мамы в животе, а вполне себе оформившимся карапузом-недомерком в вязаной шапочке, которого подслеповатая бабушка не могла найти в коляске. Я была, я весила 2400, за обе щеки уписывала молоко и не думала о вечном, а этот хмырь - еще нет. Возможно, к тому моменту, как я впервые истошно завопила во всю мощь здоровых в ту пору легких, его родители еще даже не подозревали о том, что он таки будет.
А здесь и сейчас мы лежим в обнимку на матрасе, о чем-то перешептываемся, ржем, строим планы, засыпаем, оба в позе котенка, разумеется.
Вопрос как, кааааааааак мы так ухитрились висит вопросительным знаком в воздухе над моей головой и день ото дня не перестает быть насущным. Но мне вообще свойственно заморачиваться
Единственное, что меня со всем этим примиряет - это то, что я-то уже существовала. И, при желании, это даже можно подтвердить документально. Ну там мама-папа, выписка из роддома, свидетельство о рождении, фоточки всякие, тетушки, хуё-моё...
И все-таки. Что делал ты, в прошлом году, в позапрошлом, пять лет назад, когда мы еще не были с тобой знакомы, а день рождения у меня все-таки был?

***

... а в сущности, ничего-то и не меняется. И Красную Шапочку в июне матушка по-прежнему отправляет в гости к бабушке. С пирожками, естественно. Только теперь это не девочка с лукошком, а мальчик с пакетиком из рив гош. И идет он не по лесу, а едет на метро, а потом на 75-ом автобусе. Неизменна только бабушка, которая как была волком, так и осталась, хоть и зовется нынче Мирандой, главным редактором модного журнала.

Что тебе снится?

Душа моя, я вижу страшные сны.
Мне снится дом посреди ночного сада и отрубленные головы японских демонов, рокурокуби, в ужасных масках. Они летают вокруг дома, заглядывают в распахнутые настежь окна, скалятся и вращают глазами, но войти не могут.
Мне снится итальянский мафиози - смуглокожий дьявол с лицом СиСи Кэпвелла из Санта-Барбары. Он что-то хочет от меня, кричит, требует. Так настойчиво, что мне хочется убежать и спрятаться. Но я продолжаю стоять на месте.
Мне снится... не помню что. И не хочу вспоминать. Не то испугаюсь снова.
Когда я просыпаюсь, мама приходит ко мне и говорит, что во сне я опять кричала и без конца спрашивала: "Кто ты?"
И правда, кто?
Назови свое имя.


Дует ветер, огонь полыхает


В каком-нибудь Ночном дозоре это непеременно бы назвали эффектом оттянутого инферно, где каждый новый сантиметр черного вихря - это новые жертвы: оборванные провода, нервы, отношения, жизни; и где каждая выигранная минута - шанс... непонятно на что: не то сократить эти несчастные, в буквальном смысле слова, сантиметры, не то совсем погасить воронку, что маловероятно, не то перенаправить ее куда-нибудь в глушь, в Сибирь, и неумело молиться, чтобы прорыв, раз уж он неминуем, принес как можно меньше горя и боли.
Мое инферно подкрадывается незаметно, раскручиваясь из дорожной пыли, из жаркого марева, из одиночества и невозможности уединиться, из истончившихся до состояния тысячелетнего папируса нервов, из страхов и сомнений, из пмс, который неожиданно не пре-, а пост-, из предательски молчащего телефона и обжигающе-горячего песка под ногами.
В такие минуты, как никогда велико искушение сказать себе "меня никто не любит" и завыть тихонечко, вцепившись зубами в собственную руку, потому что в первую очередь не любишь в такие минуты себя сама. Но надо ли говорить, что стоит  поддаться ему, глумливому дьяволу с венком из незабудок на козлиных рогах, и прорвавшееся наружу инферно проглотит тебя?  С головой, накрашенными вишневым лаком ногтями и выгоревшими кончиками волос. И даже не подавится, что совсем уж обидно.
Поэтому хорошо, что есть блондинка, способная вовремя взять за шкирку, усадить за стол и сказать:
- Вот салат, вот чай. Ешь. Все будет хорошо.
И все оказывается действительно неплохо.
И даже идет дождь.


Старенькое...

Стенография

У меня разные руки.
В смысле, линии на ладонях неодинаковые. У всех людей примерно одинаковый узор на руках, но у меня они разнятся.
Казалось бы, кому какая разница, но нет, что-то в этом все же есть. Я не могу сказать, что верю в астрологию, хиромантию, мистику имен, но доля истины в этом, безусловно, присутствует. Древние были не дураки, другое дело, что шарлатаны низвели выведенные мудрецами древности формулы до уровня дешевых фокусов на потребу невзыскательной публики.
У каждого человека есть своя судьба, и эта судьба отражена на наших ладонях. Я не хочу сказать, что действительно по рукам можно определить, сколько проживет тот или иной человек, будет ли счастлив в любви, станет ли преступником или будет вести праведную жизнь. Это уже явный перебор. Нет, мне кажется, что судьба в какой-то мере варьируется, т.е. человек не ее слепая беспомощная марионетка, он может изменить ход событий, предопределенный свыше - Богом ли, дьяволом, неким Высшим Разумом - этого я не знаю, да и не хочу знать. Суть в другом.
Я считаю, что на левой руке написан... как бы это сказать... Сценарий? Да, пожалуй. Что там говорил Шекспир? "Весь мир театр, а люди в нем актеры"? Точно! Судьба - это сценарий, а люди - актеры, играющие в пьесе. Но ведь всем известно, что редко когда в фильме или спектакле обходится без импровизаций. Так и в жизни. Люди меняют божественный сценарий: кто-то в мелочах, кто-то в "немелочах", а кое-кто ухитряется переписать пьесу от и до. Все изменения отражаются на правой руке, и чем значительней вносимые коррективы, тем больше разнятся и сплетения линий на людских ладонях.
Такая вот незамысловатая стенография жизни.